В лекции рассмотрены основные характеристики инфекционного заболевания, вызываемого вирусом лихорадки Западного Нила (ЛЗН), включая динамику его распространения, патогенез, клинические проявления и долгосрочные последствия для здоровья человека. Основное внимание уделено анализу взаимодействия вируса с различными системами организма, механизмов его проникновения в ткани и особенностей иммунного ответа на инфекцию. Подробно освещены молекулярные аспекты патогенеза, генетическая структура вируса, способствующая развитию клинически значимых поражениям органов и систем, в первую очередь центральной нервной системы, а также методы диагностики, профилактики и лечения. Особое внимание уделяется характеристикам различных штаммов вируса, их эволюции и географическому распространению, что является предпосылкой для выявления тенденций развития инфекционного и эпидемического процесса, а также разработки стратегических подходов к предотвращению широкого распространения и минимизации последствий. Исследование механизмов воздействия вируса на нервную, зрительную и сердечно-сосудистую системы, а также выявление факторов, влияющих на развитие осложнений, являются ключевыми аспектами данной работы. Лекция предназначена для специалистов в области медицины, включая студентов, ординаторов, аспирантов медицинских учебных заведений и врачей различных медицинских специальностей.

Гепатит D (ГD) — тяжелое инфекционное заболевание печени, вызываемое дефектным РНК-содержащим вирусом (ВГD), репликация которого облигатно зависит от вируса гепатита B (ВГВ), предоставляющего белки оболочки. Заболевание ассоциировано с высоким риском быстрого развития цирроза и гепатоцеллюлярной карциномы. Цель настоящей лекции состоит в том, чтобы дать целостное представление о современных данных по эпидемиологии, патогенезу, диагностике и терапии гепатита D, а также обозначить ключевые нерешенные вопросы в этой области. В рамках лекции обобщены ключевые аспекты заболевания. Рассмотрены биология ВГD и его облигатная зависимость от ВГВ, определяющая уникальный патогенез с прямым цитопатическим и иммуноопосредованным повреждением. Приведены современные эпидемиологические данные, указывающие на значительное и часто скрытое глобальное бремя болезни. Описаны алгоритмы диагностики, их возможности и ограничения, связанные с вариабельностью вируса. Освещена эволюция терапии от интерферонов к новым таргетным препаратам, а также роль и ограничения вакцинопрофилактики ВГВ как основной превентивной меры. В лекции подчеркивается, что эффективный контроль над ГD требует комплексного подхода, сочетающего развитие специфической противовирусной терапии, расширение диагностического скрининга и неуклонное укрепление глобальных программ вакцинопрофилактики ВГВ. Таким образом, ключевой вызов заключается в необходимости сочетать глобальное расширение простой и эффективной профилактики с разработкой принципиально новых, более действенных методов лечения и диагностики для миллионов уже инфицированных пациентов.

Введение. С 2018 по 2024 г. в РФ отмечалось увеличение численности молодых людей с перинатальным путем инфицирования ВИЧ (ППИ ВИЧ), достигших 18 лет и перешедших во взрослую сеть наблюдения. Известно, что молодые люди с ППИ ВИЧ имеют длительность течения ВИЧ-инфекции, равную их возрасту (более 18 лет), с отсроченным или поздним началом антиретровирусной терапии (АРТ), нередко на фоне продвинутых стадий заболевания. Кроме повреждающего действия ВИЧ, вызванного им хронического воспаления, известно о токсическом воздействии некоторых антиретровирусных препаратов (АРВП), применение которых сопровождалось развитием значительного количества нежелательных явлений и побочных действий, послуживших причиной смены схемы АРТ.
Цель исследования: провести анализ лечения ВИЧ-инфекции у молодых людей с перинатальным путем инфицирования в динамике с момента назначения АРТ до настоящего времени.
Материалы и методы. В ретроспективно-проспективное исследование методом сплошной выборки были включены 105 взрослых пациентов с ППИ ВИЧ, рожденных в период с 1999 по 2005 г., состоявших на диспансерном учете в Санкт-Петербургском «Центре по профилактике и борьбе со СПИД и инфекционными заболеваниями» (ЦС) с детского возраста. Проведен анализ эпидемиологических, клинических и лабораторных показателей пациентов в динамике от рождения до 2025 года включительно. Ретроспективно оценивались возраст установления диагноза ВИЧ-инфекция и начала лечения, схемы АРТ, частота нежелательных явлений (НЯ) и побочных действий (ПД) АРВП, причины смены схем терапии. Проспективно (2019–2025 гг.) анализировались схемы АРТ, вирусологическая, иммунологическая и клиническая эффективность АРТ после перехода пациентов во взрослую сеть наблюдения, приверженность лечению. Статистический анализ полученных клинических данных выполняли средствами системы STATISTICA for Windows (версия 12).
Результаты и их обсуждение. При установлении диагноза ВИЧ-инфекция средний возраст детей составлял 2,6±4,3 года (min — первые дни жизни, max — 17,4 года), возраст начала АРТ составил 7,2±4,5 года; медианный интервал между диагностикой и стартом терапии — 4,6 года. К моменту начала лечения у 2⁄3 пациентов отмечался иммунодефицит различной степени тяжести. Стартовые схемы АРТ в 95,2% включали ингибиторы протеазы (ИП), были высокоэффективны, но у 78% пациентов потребовали замены, главным образом из-за нежелательных явлений (54,3%), среди которых преобладали гематологические нарушения, дислипидемия и периферическая нейропатия. К моменту перехода во взрослую сеть наблюдения 85,7% пациентов получали АРТ в виде фиксированных комбинаций доз (ФКД). Несмотря на это, 16,2% пациентов (n=17) прервали лечение. Среди оставшихся под наблюдением (n=88) у 25,6% (n=21) отмечался иммунодефицит через 3 года после перехода, а у 13 (15,8%) человек регистрировалась определяемая вирусная нагрузка.
Заключение. Таким образом, когорта взрослых пациентов с ППИ ВИЧ характеризуется большой длительностью заболевания, поздним началом АРТ, высокой частотой НЯ и ПД на фоне приема АРВП с высокой токсичностью, многократной сменой схем терапии. Усталость от пожизненного приема лекарственных препаратов сопровождалось снижением приверженности лечению после перехода во взрослое отделение ЦС с потерей для наблюдения значительной доли пациентов. Оптимизация АРТ с переводом детей на новые препараты в виде ФКД с низким профилем токсичности была основной причиной смены схем АРТ, начиная с третьей, и способствовала удержанию на лечении большинства подростков, а впоследствии и взрослых пациентов с ППИ ВИЧ. Результатом высокой приверженности лечению у пациентов, оставшихся под наблюдением специалистов ЦС, стало отсутствие клинических проявлений прогрессирования ВИЧ-инфекции.

Цель: оценить психические, психопатологические и социальные особенности мужчин с рискованным поведением в когорте людей, живущих с ВИЧ (ЛЖВ).
Материалы и методы. Нами были обследованы 114 мужчин, инфицированных вирусом иммунодефицита человека (ВИЧ) посредством гомосексуального контакта. Использовались клинико-анамнестический метод (анализ медицинских карт), лабораторные тесты и экспериментально-психологический метод в форме анкетирования.
Результаты и их обсуждение. По данным нашего исследования, высшее, неоконченное высшее, среднее специальное и среднее образование имели 76% мужчин, при этом 90% занимались активной трудовой деятельностью. Средняя продолжительность наблюдения в Центре по профилактике и борьбе со СПИД и инфекционными заболеваниями (Центр СПИД) составила 5,2±4,5 года. Вирусологический успех АРТ (РНК ВИЧ <40 копий/мл), был достигнут у 81% пациентов. Текущая или перенесенная инфекция вирусного гепатита С обнаружена у 23% мужчин. Опыт лечения ИППП имели 78% пациентов, из них 61% когда-либо переносили различные формы сифилиса. Осведомлены о возможности проведения постконтактной профилактики ИППП 93% респондентов, однако только 29% использовали ее. Групповым видом сексуальных практик занимались 61% мужчин, опыт коммерческого секса имел место у 22% респондентов.
Наблюдались у психиатра в Центре СПИД 68% пациентов. Среди психиатрических диагнозов наибольшее распространение имели синдромы зависимости от психоактивных веществ (ПАВ) (27%), невротические и стрессовые расстройства (22%), органические психические расстройства (20%). Опыт употребления ПАВ признали 38% мужчин, из них почти половина (41%) использовали синтетические катиноны для «химсекса». На момент исследования 20% респондентов были активными наркозависимыми.
Согласно результатам обследования структуры личности (Мини-CМИЛ) у МСМ преобладали оптимистичность (3,3±1,3), женственность (2,6±1,0) и импульсивность (2,6±1,0). Пациенты с беспорядочными половыми связями реже проявляли шизоидные черты личности (Мини-СМИЛ) (p=0,02), реже отмечали эмоциональную лабильность (p=0,03), чаще имели повышенное настроение (p=0,006) и чаще употребляли ПАВ (p=0,01).
Заключение: ВИЧ-инфицированные МСМ демонстрируют низкую психологическую устойчивость и требуют разработки и реализации комплексных программ профилактики и поддержки.

Цель: провести анализ клинических, лабораторных и социально-демографических характеристик мужчин с ВИЧ-инфекцией в 4В стадии в зависимости от сроков начала антиретровирусной терапии.
Материалы и методы. Проведено ретроспективное исследование 120 мужчин с ВИЧ-инфекцией в 4В стадии, находящихся под диспансерным наблюдением в ГБУЗ ЛО Центр СПИД в период 2024–2025 гг. Выполнены оценка и анализ клинических, лабораторных и социально-демографических сведений о пациентах, содержащихся в первичной медицинской документации. Для статистической обработки и математического анализа данных были использованы Microsoft Excel 2010 и StatTech v. 4.1, критерий Краскела–Уоллиса, критерий c2 Пирсона или точный критерий Фишера. При множественных попарных сравнениях применяли поправку Бонферрони. Различия считали статистически значимыми при p<0,05.
Результаты и их обсуждение. Все пациенты получали антиретровирусную терапию (АРТ), у большинства заболевание находилось в фазе прогрессирования, а подавление вирусной нагрузки (<50 коп/мл) было достигнуто у 28,3% пациентов. Пациенты были разделены на три сопоставимые по возрасту и стадии заболевания группы: 1-я группа (n=40; 33,3%) — АРТ начата в течение первого года после постановки диагноза; 2-я группа (n=40; 33,3%) — начало АРТ отложено на 1–10 лет; 3-я группа (n=40; 33,3%) — АРТ начата спустя более 10 лет после постановки диагноза.
При увеличении периода до начала АРТ отмечалось снижение доли мужчин, проживающих в семье, с 72,5% в 1-й группе до 37,5% в 3-й группе, а также уменьшение доли пациентов, имеющих постоянную работу (80% и 35% соответственно). Одновременно возрастала доля пациентов с опытом пребывания в местах лишения свободы (35%, 45% и 55% соответственно), употреблением инъекционных психоактивных веществ (27,5%, 60% и 87,5% соответственно). Среднее количество CD4-лимфоцитов оставалось низким во всех группах, однако в 1-й и 2-й группах показатели были выше по сравнению с 3-й группой (234,5, 176,4 и 112,6 кл/мкл соответственно).
Среди вторичных заболеваний выявлены пневмоцистная пневмония, кандидозный эзофагит, ЦМВ-инфекция, ВИЧ-энцефалопатия, церебральный токсоплазмоз, криптококкоз головного мозга, прогрессирующая мультифокальная лейкоэнцефалопатия, туберкулез, микобактериоз и злокачественные новообразования. При сравнении групп отмечалась тенденция к увеличению доли пациентов с тремя вторичными заболеваниями от 1-й к 3-й группе (20%, 25% и 40% соответственно) при снижении доли пациентов с одним вторичным заболеванием (47,5%, 37,5% и 25% соответственно).
Заключение. Позднее начало АРТ ассоциировано с менее благоприятными клиническими и социальными характеристиками пациентов (низкое число CD4-лимфоцитов, высокая частота вторичных заболеваний, употребление инъекционных психоактивных веществ, социальная нестабильность и опыт пребывания в местах лишения свободы). Ограничением исследования является ретроспективный дизайн, не позволяющий оценивать причинно-следственные связи между изучаемыми факторами и прогрессированием заболевания.

Цель: проанализировать особенности течения ВИЧ-инфекции и структуру коморбидных заболеваний у женщин детородного возраста.
Материалы и методы. Исследовано 100 женщин детородного возраста на базе Республиканской клинической инфекционной больницы. Средний возраст составил 42,5±0,6 года (от 35 до 52 лет). Стаж инфицирования ВИЧ — 15,6±1,2 года (от 2 до 26 лет). Пути передачи: половой — 63% и парентеральный — 37%, инфицирование HCV — 42% (в 90% пролечен). Семейное положение: замужем — 62%, в гражданском браке — 28%, проживают одни — 10%. Имеют постоянную работу 78% пациенток. Все женщины имеют детей, только один ребенок инфицирован ВИЧ. Женщины имеют от одного до 5 детей, в среднем 2,4±0,5. Старт АРТ после постановки диагноза — через 7,7±1,3 года (от 0 до 21 лет). Получают АРТ в течение 7,9±1,5 лет (от 1 до 19 лет). Количество схем антиретровирусной терапии (АРТ) — 2,6±0,3 (от 1 до 4 схем). Стадии ВИЧ-инфекции: 3 — 6%, 4А — 5%, 4Б — 2%, 4В — 87% (Российская классификация, 2006).
Результаты и их обсуждение. Все обследуемые женщины успешно получают АРТ. До начала АРТ уровень РНК ВИЧ в крови в среднем составил 375 240±15 400 коп/мл, на момент исследования — РНК ВИЧ не определялся в крови у всех 100 пациенток (снижение в 5,6 lоg10) (р≤0,001). Кроме того, до начала АРТ уровень CD4-лимфоцитов в крови в среднем составил 285,5±14,3 кл/мкл, на момент исследования — 664,5±13,7 кл/мкл (рост в 2,3 раза) (р≤0,001). При исследовании сопутствующей патологии оказалось, что структура коморбидных заболеваний следующая: поражения ЦНС — 87%, сердечно-сосудистой системы — 65%, желудочно-кишечного тракта — 37%, почек — 15%, костей и суставов — 28%, эндокринной системы — 33%, поражения глаз — 10%, репродуктивной системы — 18%, онкология — 7%, оппортунистические инфекции — 24%, поражение системы крови — 18%.
Заключение. В структуре коморбидных заболеваний у женщин с ВИЧ-инфекцией детородного возраста преобладают поражения ЦНС, ССС, ЖКТ, эндокринной системы, а также поражения костей и суставов. Как правило, причины развития коморбидной патологии связаны непосредственно с ВИЧ, либо с оппортунистическими инфекциями, антиретровирусными препаратами и индивидуальными особенностями.

Туберкулезный энтероколит (ТЭК) остается заболеванием с поздней верификацией и высокой летальностью (более 40%). Рост ВИЧ-инфекции и иммуносупрессивных состояний определяет патоморфоз ТЭК, что требует пересмотра клинико-морфологических параллелей.
Цель исследования. Изучить патоморфоз туберкулеза кишечника в современных условиях и установить связь его проявлений с патогенезом и иммунным статусом пациентов.
Материалы и методы. Проведен ретроспективный анализ результатов диагностики и лечения 217 пациентов с верифицированным ТЭК (2016–2023 гг.). Оценивались морфологические формы, клиническая картина, ВИЧ-статус, уровень CD4-лимфоцитов, характер осложнений.
Результаты и их обсуждение. У всех пациентов ТЭК развился во вторичном периоде туберкулезной инфекции, 64,0% имели диссеминированный туберкулез легких. ВИЧ-инфекция выявлена у 60,8%. Язвенная форма ТЭК преобладала у ВИЧ-позитивных (82,6% против 58,8%; p=0,00036), а инфильтративная и смешанная — у ВИЧ-негативных больных. Диарея (94,9%) и кишечное кровотечение (100,0%) оказались патогномоничны для язвенного ТЭК. Осложнения возникали в 2,4 раза чаще при ВИЧ (p=0,003); перфорации и кровотечения — при CD4<200 кл/мкл, острая кишечная непроходимость — при сохранном иммунитете.
Заключение. Морфологическая форма ТЭК является отражением глубины иммунодефицита. Язвенный ТЭК следует рассматривать как оппортунистическое состояние, ассоциированное с ВИЧ и тяжелой иммуносупрессией. Необходим активный скрининг абдоминального туберкулеза у пациентов с диссеминированным туберкулезом легких и коинфекцией ВИЧ/ТБ.

Цель проведенного исследования: оценка структуры манифестных герпесвирусных инфекций (ГВИ) у госпитализированных пациентов с ВИЧ-инфекцией и определение клинико-иммунологических факторов, ассоциированных с неблагоприятным исходом и летальностью.
Материалы и методы. Проведено проспективно-ретроспективное когортное исследование на базе данных ГБУЗ «ИКБ № 2 ДЗМ» за 2018–2023 гг. В общую выборку для эпидемиологического анализа включено 46 478 пациентов с ВИЧ-инфекцией (46 182 взрослых и 296 детей). Для углубленного клинико-лабораторного анализа методом сплошной выборки отобрано 530 взрослых пациентов с верифицированной ВИЧ-инфекцией и манифестными формами ГВИ среднетяжелого и тяжелого течения (285 мужчин, 174 женщины, 71 случай с летальным исходом). Группу контроля составили 756 госпитализированных пациентов с ГВИ без ВИЧ-инфекции. Ввиду высокой частоты полинозологичности и развития сочетанных форм ГВИ у ургентных больных с ВИЧ-инфекцией статистический анализ структуры патологии проводился как на поиндивидуальном уровне, так и в разрезе абсолютного числа верифицированных клинических диагнозов. Диагноз ВИЧ-инфекции верифицировали по антителам к ВИЧ-1,2/р24 (ARCHITECT HIV Ag/Ab Combo) и линейному иммуноблоту («МилаБлот-ВИЧ»). РНК ВИЧ-1 определяли тест-системами COBAS AmpliPrep/COBASTaqMan v.2.0 (чувствительность ≥20 коп/мл) и Abbott RealTime (≥40 коп/мл) с последующей log10-трансформацией данных. ДНК герпесвирусов (HSV, VZV, CMV, EBV, HHV-6) определяли методом полимеразной цепной реакции (ПЦР) с использованием наборов реагентов «АмплиПрайм» и «АмплиСенс» в соответствии с инструкцией производителя. Иммунный статус (CD45+/CD4+/CD8+/CD3+) оценивали проточной цитофлюорометрией (Navios Beckman Coulter). В качестве нормы использовали контрольные значения лаборатории клинической иммунологии ГНЦ Института иммунологии ФМБА России. Статистическая обработка выполнена в Excel, Statistica 12.0 и Python 3.10 (Pandas, SciPy, Statsmodels). Адекватность полученной логистической регрессионной модели подтверждалась с помощью критерия согласия Хосмера–Лемешова (p>0,05).
Результаты и их обсуждение. Частота ГВИ среди госпитализированных пациентов с ВИЧ-инфекцией составила 1,73% (530 из 30 633): мужчины — 53,77%, женщины — 32,83%, летальные исходы — 13,40%. Средний возраст пациентов — 42,34±0,36 года (20–76 лет), значимых гендерных различий в зависимости от пола и исхода заболевания не выявлено (р>0,05). Средний стаж ВИЧ-инфекции составил 8,96±0,33 года, достоверно превалируя в группе умерших (Me=11,0 лет) по сравнению с женщинами (Me=7,0 лет, р=0,004) при пограничной тенденции к превышению у мужчин (Me=8,0 лет, р=0,058). Частота приема АРТ в когорте была критически низкой — 44,7%. Среди выживших терапию получали менее половины пациентов без гендерных различий (47,4% мужчин и 48,3% женщин; р=0,85). В группе летальных исходов доля лиц на АРТ составила всего 25,35% (р<0,001). Отсутствие системного приема АРТ признано ведущим фактором риска смерти: наличие АРТ снижало риск летального исхода на 58% (RR=0,42; 95% CI 0,25–0,71), в то время как отсутствие регулярного приема АРТ увеличивало шансы летального исхода в 2,70 раза (OR=2,70; 95% CI 1,54–4,76; p<0,001). Медиана уровня РНК ВИЧ у выживших мужчин превалировала над показателем у женщин и составила 5,31 (4,91; 5,68) log10 копий/мл против 5,06 (4,58; 5,32) log10 копий/мл (р=0,042). Максимальная интенсивность репликации ВИЧ зафиксирована в группе летального исхода — 5,97 (5,72; 6,11) log10 копий/мл (р<0,001 к выжившим), что ассоциировано с отсутствием АРТ у 74,6% умерших. В структуре госпитализаций доминировал herpes zoster (50,29%), далее — ЦМВИ (24,14%) и простой герпес (ПГ, 19,19%). У мужчин отмечена тенденция к преобладанию herpes zoster (53,04% относительно 45,99%; р=0,076), у женщин — моноинфекции ПГ (21,23% относительно 13,71%; р=0,049). В структуре моноинфекций доминировал herpes zoster (67,51%), опережая ПГ (16,50%) и ЦМВИ (15,99%). Среди умерших (105 диагнозов у 71 пациента) лидировала ЦМВИ (41,90%), опережая herpes zoster (28,57%) и ПГ (23,81%). Шансы летального исхода при моно-ЦМВИ были в 6,72 раза выше, чем при других моно-ГВИ (95% CI 3,84–11,76; p<0,001), с максимумом структуры у женщин (42,86%). Иммунный статус пациентов с ВИЧ-инфекцией + ГВИ характеризовался глубокими отклонениями от контроля (р<0,0001): дефицитом общих лимфоцитов, CD4+ Т-лимфоцитов и ИРИ при росте процента цитотоксических CD8+ Т-лимфоцитов. ROC-анализ верифицировал ИРИ как высокоточный предиктор летальности (AUC=0,826, р<0,001) с критическим пороговым значением (точкой отсечения) ≤0,43 (чувствительность — 92,3%, специфичность — 70,6%). Многофакторная логистическая регрессия подтвердила, что абсолютное число CD4+ Т-лимфоцитов является наиболее сильным независимым предиктором летального исхода OR=0,70 (95% CI 0,51–0,97; p=0,038). Наиболее грубые сдвиги зарегистрированы при летальном исходе: снижение доли лимфоцитов до медианы 13,5% (7,7; 18,8), критический дефицит CD4+ Т-лимфоцитов (относительных — до 10,0% (7,0; 13,0), абсолютных — до 78,0 (50,0; 102,0) кл/мкл) и снижение ИРИ до 0,28 (0,18; 0,36) (р<0,001 к выжившим), что позволяет верифицировать ИРИ как предиктор неблагоприятного исхода.
Заключение. Таким образом, отсутствие применения пациентами необходимой регулярной АРТ (25,35%) было значимо ассоциировано с повышением риска летального исхода среди пациентов с ВИЧ-инфекцией и наличием ГВИ на фоне выраженного иммунодефицита.

Целью данного исследования была оценка эпидемиологических характеристик пациентов многопрофильных стационара крупного мегаполиса (Москва) и оценка репрезентативности данных для прогнозирования текущих тенденций распространенности ВИЧ в Москве.
Материалы и методы. На первом этапе исследования была охарактеризована популяция госпитализированных московских многопрофильных больниц, включая их социально-демографические данные, а также принадлежность к профилю специализированной медицинской помощи. Затем, после оценки репрезентативности выборки, была оценена распространенность ВИЧ-инфекции среди взрослого населения г. Москвы. Непрерывные переменные между группами сравнивались с использованием t-критерия Стьюдента. Категориальные переменные между группами сравнивались с использованием соответствующих критериев (точный критерий Фишера с поправкой Бонферрони на множественные сравнения и критерий хи-квадрат Пирсона). Значение p<0,05 считалось статистически значимым.
Результаты и их обсуждение. Распространенность ВИЧ-инфекции среди госпитализированных пациентов составила 0,39% (95% ДИ 0,37–0,41%). Наиболее высокая распространенность ВИЧ (p<0,01) была выявлена в отделениях: токсикологии, психосоматики, гнойной хирургии, терапии и интенсивной терапии. Самая низкая распространенность отмечена в отделениях онкологии, гинекологии и кардиологии. Среди всех пациентов многопрофильных больниц с выявленной ВИЧ-инфекцией наибольшую долю составили жители Москвы — 51,96%; среди пациентов с впервые диагностированной ВИЧ-инфекцией — нерезиденты (43,24%). Предполагаемое число взрослого населения, живущего с ВИЧ/СПИД (ЛЖВС) в Москве, составило 42 271.
Заключение. Таким образом, 96% взрослого населения ЛЖВС в Москве осведомлены о своем ВИЧ-статусе, что свидетельствует об эффективной работе системы здравоохранения по борьбе с ВИЧ-инфекцией в Москве.

Цель: изучить заболеваемость туберкулезом и формирование ее структуры среди лиц пожилого возраста в России, Центральном федеральном округе и Ярославской области, в динамике за 2014–2023 гг.
Материалы и методы. Данные из формы федерального статистического наблюдения № 8 и данные Росстата о населении России за 2014–2023 гг. Для анализа использованы программа Statistica 15.0 и электронные таблицы в формате Excel 2019. Различия признавались достоверными при значении р<0,05.
Результаты и их обсуждение. Несмотря на снижение заболеваемости ТБ в 2014–2023 гг. в России, ЦФО и Ярославской области, доля пациентов в возрасте 65 лет и старше в структуре впервые выявленных пациентов с ТБ за это время возросла в 1,5–1,9 раза. Среди пациентов этой возрастной группы преобладал ТБ органов дыхания, доля внелегочных форм ТБ в России и ЦФО не превышала 6–7%, в Ярославской области в 2020, 2022, 2023 гг. не было выявлено ни одного пациента с внелегочными формами ТБ. Подобная ситуация указывает на снижение настороженности среди врачей различных специальностей в вопросах выявления и диагностики внелегочных форм ТБ среди лиц пожилого возраста. Выявление распространенных форм ТБ с бактериовыделением у половины пациентов в возрасте 65 лет и старше как в России, так и в ЦФО и Ярославской области свидетельствует о серьезных недочетах в организации скрининга среди старших возрастных групп населения. О поздней диагностике ТБ и высокой эпидемической опасности распространения ТБ среди лиц пожилого возраста указывает и рост доли случаев ТБ, диагностированных посмертно, которые за период с 2014 по 2023 г. в России и ЦФО возросли в среднем в 1,5 раза, а в Ярославской области варьировали от 0 до 14,8%.
Заключение. В настоящее время в России, ЦФО и Ярославской области наблюдается смещение эпидемического процесса в сторону старших возрастных групп, что свидетельствует о нарастающей значимости когорты пожилых пациентов в формировании показателя заболеваемости ТБ. В связи с этим появилась неотложная потребность в совершенствовании организационных подходов к организации скрининга, направленного на раннее выявление ТБ среди старших возрастных групп населения.

Хронический вирусный гепатит С (ХГС) остается серьезной медицинской, социальной и экономической проблемой во всем мире, что требует усовершенствования подходов к его диагностике, лечению и профилактике.
Цель исследования. Создание прогностических моделей эпидемической ситуации по ХГС в Архангельской области и их фармакоэкономическая оценка для выбора оптимальной стратегии оказания медицинской помощи больным ХГС.
Материалы и методы. Для построения прогностических моделей развития эпидемиологической ситуации по ХГС использовалась математическая модель, разработанная и описанная H. Razavi и соавторами.
Результаты и их обсуждение. Согласно расчетам математической модели при сохранении существующих подходов к диагностике и лечению ХГС, количество инфицированных лиц в Архангельской области продолжит расти и составит к 2030 году 27 080 человек. При своевременном принятии мер по расширению доступности противовирусной терапии (ПВТ) для населения возможно достижение к 2030 году рекомендованных ВОЗ целевых показателей по сокращению на 90% числа новых случаев инфицирования и на 65% количества летальных исходов от ХГС.
Заключение. Нами показано, что стратегия ВОЗ является наиболее целесообразным сценарием оказания медицинской помощи больным ХГС, так как позволяет существенно уменьшить бремя ХГС в Архангельской области.